«Для них это медицинские отходы, а для нас – дети». Родители погибших двойняшек рассказали о трагедии

Во Владимире произошла еще одна трагедия, связанная с родами. Молодая девушка Кристина Маркова на 21-й неделе потеряла двух малышей. Что стало причиной – пока неизвестно, но муж Виктор обращается во все инстанции и требует передать дело и останки детей в Москву, потому что местным специалистам доверия у него нет. Мужчина провел одиночный пикет возле Октябрьского межрайонного следственного отдела и потребовал обратить внимание на трагедию его семьи.  

В течение всей беременности Кристина наблюдалась в частной клинике, все было идеально, как и во время предыдущей беременности: сейчас ребенку Кристины и Виктора почти полтора года. Все анализы были идеальными, и никаких жалоб у девушки не было. Кристина хоть и была беременна двойней, но малыши были не только в разных плацентах, но и прикреплялись к разным стенкам, что очень хорошо. 

Кристина и Виктор мечтали о двойне. Когда они узнали пол малышей, они провели гендер-пати, из коробок вылетели голубые шары. Молодые родители были счастливы.

Вечером 10 апреля девушке внезапно стало нехорошо, начало немного кровить. Вызвали скорую помощь. Виктор хотел, чтобы девушку увезли в ОКБ, но там в госпитализации отказали, сказали, что там лежат беременные только с 22-й недели. Сейчас мужчина считает, что нужно было все-таки настоять на том, чтобы жену госпитализировали в профильное учреждение: у них и оборудования больше, и медикаменты есть специальные. Говорит, что нужно было приехать и сесть на ступени: беременную девушку врачи вряд ли бы смогли выгнать. Но Кристину госпитализировали в Красный крест.

«Мы приехали, ей дали обезболивающее типа «Ношпы». Приехали, потому что открылось кровотечение. Врачи сделали УЗИ, сказали – отслойка плаценты пару миллиметров», – объясняет Виктор.

По его словам, медики сказали, что риск потери беременности небольшой, но нужно провести терапию по спасению. Для этого якобы был нужен препарат «Утрожестан 200», который врач начала искать по всему отделению. Но в итоге ничего не дали, просто оставили в больнице наблюдать.

«Не проводился никакой осмотр, никто не приходил, никакие анализы не брали, ничего не измеряли. В три ночи ей уже стало очень больно живот, она проснулась вся в крови. Тогда она сама пошла к врачу, ее срочно перевели в реанимацию», – рассказал мужчина.

Якобы только после этого врачи попросили медкарту Кристины. Из нее они узнали, что у девушки дихориальная двойня – вокруг каждого малыша своя плацента. От этой новости врачи якобы были в шоке, но делать что-то было поздно, к тому времени уже прокололи пузырь:

«Потому что даже если плацента полностью отошла, вопрос: почему не спасли второго малыша и не направили на лечение?».

Сама Кристина рассказала, что за ее состоянием практически не следили.

«В назначении был «Утрожестан» (препарат прогестерона), врач сказала докупить самостоятельно, так как у них его нет. Она до этого советовалась с другим врачом, прямо говорила: «Не знаю, может это, а может вот это», в итоге остановились на «Утрожестане». Спросила у пациенток на посту, так как было время уколов, нет ли у кого «Утрожестана», все ответили – нет. Но у них был «Дюфастон», тот же препарат прогестерона. При его наличии – мне его не выдали как аналог до утра. В 10 утра мне привез уже муж, так как я попросила его побыстрее, но уже было поздно. Вовремя не была назначена ни капельница, ни препарат прогестерона и не было за мной контроля за моим состоянием (АД, жалобы, хотя они присутствовали)».

Уже на утро после трагических событий Кристина якобы слышала, как две санитарки обсуждали за дверью то, что и плаценту, и тела двух недоношенных малышей «скинули в один пакет», не залили формалином, из-за этого биоматериал оказался испорченным, поэтому гистологию сделать нельзя.

«Я приехал уже в понедельник, пытался от врачей добиться хотя бы каких-то документов, которые они дали моргу, путеводный лист. Мне во всем было отказано, даже номер входящего заявления ставить отказались. Его приняли только спустя час после звонка в полицию. Пришел другой врач и сказал: «Да что вы, что вы, не надо полиции, мы вам сейчас все поставим», – вспоминает Виктор.

Он пытался найти справедливости в МВД, в фонде ОМС, а главврач якобы даже «закрыл дверь перед носом»: «Отношение было просто свинское!».

В итоге спустя несколько дней уголовное дело все-таки завели по части 2 статьи 118 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей). Не исключено, что после того, как Виктор поднял резонанс в социальных сетях и атаковал жалобами всевозможные ведомства.

Сейчас владимирец настаивает на том, чтобы экспертизу проводили немедленно и в Москве, поскольку есть риск уничтожения улик: «За три дня всю гистологию могут убить, и мы уже не сможем провести независимую медэкспертизу и понять, что же там вообще». А во Владимире его «кормят сроками»: то говорят подождать 10 дней, то 3 дня. Но ждать так долго сейчас – непозволительная роскошь. Виктор уже звонил в морг, пытался выяснить, в каком состоянии пришла плацента и малыши, на что ему сказали, что гистологию брать можно.

«Но она мне также отказалась дать любые документы: акт приема-передачи малышей, пояснение, в каком состоянии они пришли, ничего она не дала. И ехидно так сказала: «Ха-ха-ха, вы что думаете, что-то вы добьетесь? Это маловероятно!» – по словам Виктора, у него даже сохранилась запись этого разговора.

Малышей семья хочет забрать в том числе и для того, чтобы похоронить. И хотя юридически человеком до 22 недели плод не является, это не меняет ситуацию: «Для них это медицинские отходы, а для нас – дети». Но в первую очередь, разумеется, важно установить причину трагедии:

«Мы никого не обвиняем, мы просто сомневаемся. Мы это делаем не только ради себя, мы это пускаем в СМИ, чтобы и другие люди смотрели и делали выводы. Возможно, это поможет другим роженицам, семьям спасти ситуацию».